Четвертый тост - Страница 68


К оглавлению

68

Он отступил на шаг в тень, обе руки взметнулись с неожиданной быстротой…

– Не стрелять!!!

Майор еще кричал, когда чья-то тень метнулась сзади, на спину Ястребу. Что-то вырвала у него – и, сорвав с окна занавеску, что есть мочи запустила подальше. Ястреб еще заваливался, падал, когда за окном оглушительно грохнуло, взрывная волна влепилась в стену, сотрясая добротную кладку, ворвалась в оконный проем, но все уже, опомнившись, выйдя из оцепенения, успели распластаться на полу, тугой порыв воздуха прошел над головами…

Тень, оказавшаяся при ближайшем рассмотрении Доктором Айболитом, поднялась с пола первой. Доктор принялся осматривать лежащего. Вставший на ноги вторым майор, не теряя времени, распорядился:

– Костя, отзывай ребят с высотки. Еще напорются… Юрков, сигнал на «срыв рандеву»!

Юрков бросился наружу, на ходу доставая ракетницу. Майор высунулся в оконный проем: надо сказать, повезло, граната, вне сомнения, была противотанковой, но кумулятивный луч ударил в другую сторону, от здания, иначе могло и стенку проломить к чертям собачьим, ушибить кого-нибудь кирпичами или попортить аппаратуру…

Одна за другой взлетели ракеты – красная, зеленая, красная. Неизвестный, вышедший на встречу с операми, просто обязан был их заметить из предгорий и понять, что встреча сорвалась по не зависящим ни от него, ни от них обстоятельствам, а следовательно переносится…

По деревне из конца в конец волнами прокатывался яростный собачий лай, в окнах затеплились огоньки коптилок – цепочками, кучками, светлячковыми роями. На восточной окраине взлетела белая ракета, в другом направлении раздались два выстрела – им ответили еще два, подальше. Кое-где мелькали лучи фонариков. Деревенская самооборона, надо полагать, была поднята по боевой тревоге в полном составе и торопливо занимала предписанные позиции…

– Ребята пошли назад, – доложил Костя.

– И то хлеб… Доктор, ты что, его… Доктор Айболит, стоявший на коленках над лежащим и умело его обшаривавший, откликнулся без малейшего раскаяния:

– Так уж получилось, чисто автоматически поставил удар на кранты… Майор, этот выблядок взрывчаткой прямо-таки обложен, по всем карманам пакеты с «замазкой». Взорвись граната здесь…

Он не стал развивать тему – все и так могли нарисовать в уме последствия взрыва. Осторожненько выкладывал рядком пакеты с «замазкой», пластиковой взрывчаткой, сейчас, без детонатора, неопасной.

«Страсть к театральным эффектам – штука вредная, – подумал майор отрешенно. – Многих сгубила, в том числе и этого Ястреба. Захотелось театра с прочувствованным монологом, патетическими жестами и под занавес – красивым извлечением гранаты. Хотел, чтобы они прониклись напоследок, перед смертью, болван такой. А мстить надо иначе – деловито, без театральных поз и эффектов. Швырнул бы без затей пару гранат в окошко снаружи – и боґ льшую часть группы пришлось бы отскребать от стен лопатой. Повезло-то как, господи, что на «театрала» нарвались…»

– Что случилось? – с порога спросил запыхавшийся Курловский.

Увидел кое-какие декорации и умолк, остановился в сторонке.

– Да поднимите вы их кто-нибудь! – рявкнул майор.

Тогда только к головам осторожненько подошли, отнесли в сторону, зачем-то подстелив кусок брезента, как будто это имело значение.

– Радиообмен в деревне разгорелся не на шутку, – доложил Слава, все это время прилежно дежуривший у аппаратуры. – Занимают позиции, оборону ставят…

– Учтем, – сказал майор равнодушно. Сейчас такая информация и ни к чему. – Свяжись с центром, доложи ситуацию… нет, погоди пока…

Он отвернулся, шагнул навстречу объявившемуся наконец-то Михалычу. Тот даже в полумраке выглядел печально, потому что успел разглядеть лежащий навзничь труп и опознать его, конечно. А отсюда автоматически проистекало, кто окажется крайним, кому начальство влепит по первое число…

– Что… вышло?

– Да ничего особенного, Михалыч, – сказал майор, чувствуя тяжкую опустошенность. – Твой кадр обложился «замазкой» и хотел тут всех на небеса отправить…

– А опера?

– Вон там, в углу, – сказал майор. – Частично…

– Значит, и встреча сорвалась?

– Какой ты догадливый, Михалыч, это что-то…

– Бля…

– Удивительно точное определение, – сухо бросил майор.

– А что и почему? Нет данных?

– Семья под бомбами… Обидочку затаил до поры до времени.

– Это бывает, – кивнул Михалыч. – Случается… Деревня уже на ушах, строят оборону по всем азимутам… Ты доложил?

– Чуть погодя. Я-то доложу, но это и тебя от доклада не освобождает, друже…

– Майор, ну что ты, как…

– А что – я? Я ничего… Сорвалось вот…

– Господи ты боже мой, но я-то ни при чем, не я его нашел, мне этого кадра другие дали для работы…

– Михалыч, – тихонько, так, чтобы слышали только они двое, сказал майор. – Не теряй лицо. Не суетись. Что случилось, то случилось, и теперь танцуй не танцуй… Надо срочно думать, как жить дальше. Встреча сорвалась твердо. Нужно послать людей за… телами. Вот только в окрестностях болтаются, похоже, такие же вольные «махновцы». Мы поймали их разговор…

– И это бывает. Ага, вон и Дима бежит…

Глава четвертая
В чистом поле

Старлей Дима ворвался в сопровождении двух солдат и, выслушав краткое изложение недавних событий, прямо-таки увял на глазах, как спущенный воздушный шарик. Майору он сейчас положительно не нравился, потому что, чувствуется и просекается, задумался в первую очередь о себе, о последствиях для себя лично, для своей спокойной жизни в тихом уголке…

68