Четвертый тост - Страница 5


К оглавлению

5

– Ну, вообще-то…

– При чем здесь «вообще-то»? – жестко бросил полковник. – И при чем здесь «ну»? Знать – необходимо, – отчеканил он. – Священная там у вас борьба или не особенно… Не суть важно. Мы должны располагать информацией.

– А я здесь при чем?

– Дурочку не валяйте, – сказал с усмешечкой полковник. – С вашим-то богатым жизненным опытом…

– Что, стучать предлагаете?

– Бог ты мой, к чему употреблять столь пошлые и неуместные среди солидных людей термины? – деланно изумился полковник. – Речь идет всего-навсего о легком сотрудничестве. В итоге не столь уж и обременительном.

Информация, и не более того. Мы со своей стороны сумеем оказаться благодарными. Вряд ли у вас здесь нет проблем, которые с нашей помощью могли бы великолепно разрешиться…

– Э, нет, – ухмыльнулся Костя. – Не пойдет, герр оберст. Сегодня этаким вот образом разрешишь проблемы, а завтра из вашего независимого моря еще один неопознанный трупец выловят…

– Я могу гарантировать…

– Да бросьте. Не было среди Тулуповых стукачей и не будет. Зачем мне нарушать хорошую семейную традицию? Чтобы деды и прадеды в гробу перевернулись?

– Чего в данном случае больше – клановой верности или примитивного страха?

– Вопрос, конечно, философский…

– Я ведь могу и рассердиться, – пообещал полковник Тыннис, и в самом деле не лучившийся сейчас добротой как ко всему человечеству, так и к отдельным его представителям. – Мы можем связаться с вашими правоохранительными органами…

– Ага. И что вы мне предъявите? Детство какое-то, господин полковник. Напугали ежа голой попою…

Значит, ваших вы не боитесь, я так понимаю? – спросил полковник, старательно пытаясь держать себя в руках. – А как насчет наших? Спецслужбы, знаете ли, мало напоминают институт благородных девиц. Представляете, у нас в штате вовсе нет уполномоченного по правам человека. Какое варварство, а? Милейший господин Тулупов, вы ведь можете попросту исчезнуть. Взять и исчезнуть. Собственно говоря, вы уже исчезли несколько часов назад. Смею вас заверить: люди, которые вас сюда… пригласили, умеют держать язык за зубами. Обойдется без всяких адвокатов, журналистов и запросов в парламенте. Мне отчего-то кажется, что ваше правительство, а особенно определенные государственные службы, не станут, как это говорится… рыть землю рогами. Какое им горе от того, что еще один русский браток где-то ухитрился сгинуть? Какая им печаль? Наоборот, одной заботой меньше. Никто не знает, что вы у нас, никто и не узнает…

– Вы полагаете? Ну, вы оптимист… – Костя преспокойно забрал из пачки полковника очередную сигарету и намеренно выпустил дым собеседнику в лицо, насколько удалось. – А вы уверены, что у меня нету подстраховки? В бизнесе, – подчеркнул он голосом последнее слово, – в серьезном бизнесе всякие меры предосторожности бывают…

– Блефуете?

– Милый, – проникновенно сказал Костя, – да мы в России такие университеты прошли, что видали твою контрразведку на известном предмете, который на банан ужасно похож…

– Не забывайтесь! – Полковник, такое впечатление, взвился в натуральной ярости, не наигранно. – Пока что вы у меня в руках…

Пора было кончать эту затянувшуюся бодягу. Неторопливо наклонившись через стол к полковнику, Костя сказал веско, с расстановкой:

– Как бы у тебя собственные яйца в руках не оказались… Слушай сюда, полковник. Мы сюда приехали не мелочь по карманам тырить. Мы тут делаем серьезные дела с серьезными людьми. И у нас, чтоб ты знал, так просто люди не пропадают. Не разработали меры предосторожности, тебя ждали, такого умного, а до тебя в песочнице играли… Знаешь, что будет потом? Непременно найдется твой же собственный генерал или министр, который тебя в этом же кабинете поставит раком и поимеет по полной программе. И пойдешь ты сортиры мыть – это при самом лучшем раскладе. А при худшем – кишки на забор намотают. И не дай бог, ежели ты человек семейный, с бабой и детушками, им тоже несладко придется. И не надо на меня сверкать глазками. Коли уж предложил такие игры, должен и свои карты знать… Короче. В стукачи я к тебе не пойду. Пришить ты мне ничего не можешь. Перед тем, как сюда ехать, мне ваши кодексы бегло изложили – у нас, сам понимаешь, имеются хорошие консультанты по разным вопросам… В общем, или предъяви мне протокол задержания с четкой мотивацией – да не забудь переводчика, чтобы перетолмачил мне его с вашего, – и начнем толковать исключительно в присутствии адвоката, как мне по вашей конституции и положено. Или пожмем друг другу грабки – и разбегаемся. Пугать вздумал, декадент… Ну?

Полковник смотрел на него ненавидяще, но порывы гнева сдерживал профессионально. «Нельзя было иначе, – подумал Костя, вместо очередной сигареты подгребая к себе всю пачку. – Даже если это не проверка по просьбе Джинна или Скляра. Даже если он был вполне искренен и их спецура в самом деле страстно желает присмотреть за шебутными иностранцами, как приличной спецуре и положено. Я иду по ковру, ты идешь, пока врешь, мы идем, пока врем… Другой линии поведения попросту нет. Риск, конечно, но если этот лощеный хмырь пашет на Джинна, и вовсе завалишь дело…»

– Рискуете… – процедил полковник, сверля его неприязненным взглядом.

– Такова се ля ви, – сказал Костя нормальным тоном, без особого вызова. – Поймите вы одно, герр оберст: мы уже битые-перебитые, и огонь, и воду прошли, не говоря уж о медных трубах. Других не берут в космонавты, как когда-то пелось… Так до чего мы с вами договорились?

5